Статьи

Как-то раз в одном лесище Собралась толпа чертей. Разожгли они кострища, Чтобы было пострашней. Там вино течет рекою, И чертовки хороши. Пляшет нечисть и хохочет, Веселится от души. На кострах стоят котлища, И вода в котлах кипит.

Послушай, похоже, опять нашла меня беда,Я её отвести не сумела.Ты знаешь, меня заливает песня, как вода,Сквозь перила ажурные тела.Неважно, крыло ли из арфы, арфа ли из крыла,Песня тянет ночами суставы.Она солона, точно кровь, и так теплаИ в покое меня не оставит.

А что у нас тут?В доме тысячи дверей —Сквозняки и пыльно,Лишь ненастьеВ окнах тысячи огней,Что когда-то были. Мне бы толькоНе продрогнуть на ветруУ последней двери.Ненадолго —Все из памяти сотру,И ему поверю. Так что ты знаешь про меня?

Я кривой иглою шкуры штопала,Солнце над озеромПлавало в тумане свежей кровьюСреди синего молока.Плачут волки за далекой сопкою —Знать, дело к осени.В стойбище им лайки вторят воем, У оленей красны рога. Он колдун, он ведун, он шаман, он проклятСам собою в трех мирах.

Растворялась я в нежностиВ ласке губ трепеталаВ поле снежной безбрежностиИступленно рыдалаМне ль судьбе покоритьсяМне ль зачахнуть в тоскеПриворотное зельеЯ варю в котелке И упала я в ногиВластелину ненастьяЧтобы взял мою душуДал короткое счастьеРазделенную

Солнце, скажи, зачем мне свет — ушел мой милый вчера.Молчи, бубенец резной луны в моих зеленых лугах.Ах, позвала его вверх с собою женщина из серебра Одним кивком головы о двух расписных рогах.Верни мне душу мою, о душа двурогой горы!Какая жертва мила твоей короне вершин?

Как клинки, режут небо крылья,Улетать — только если к морю,Золотою дорожной пыльюПокрывая мечты и волю.Махаоны парят над миром,Лето в душу неслышно входит,В сердце старая моя лираПробуждает родник мелодий. И не надо о снах и вере,О клинке, за спиной

Ночь за плечом, вор у ворот,Прялки жужжанье спать не даетТебе — я снова здесьКто прядет лен, кто прядет шерсть,Кто прядет страсть, а кто прядет месть,А я спряду твою смертьКолесо — гонит по жилам кровь,Колесо —

Мы с тобой одной крови,Мы с тобой одной породы,Нам не привыкать к боли,Если имя ей — свобода,Где же ты, мой брат, где же ты, мой друг, Где же ты, моя любовь? Предрассветное утроПахнет и весной и волей,Сны мои в тигровых шкурахВ маковом гуляют поле —

Идет ли поезд в синий замшевый Мемфис С центральной станции стовратных Фив? Идет ли поезд прямо в миф?.. Когда уйдет этот поезд на югПо нагим, по заточенным рельсам, чтобыбыло больней,Когда зацепит колесами стук, Оставляя во тьме расстояния город в огне

У ладьи моей на мачтах белы и багряны паруса,А с бортов у носа смотрят зоркие зеленые глаза:Видят рифы, смерчи, мели, видят сквозь туманИ чужую параллель, и наш меридиан,И прямой попутный ветер в белых и багряных парусах.Путеводным верным звездам расскажу

«Эльга, Эльга!» — звучало над полями,Где ломали друг другу крестцыС голубыми свирепыми глазамиИ жилистыми руками молодцы«Ольга, Ольга!» — вопили древлянеС волосами желтыми, как мед,Выцарапывая в раскаленной банеОкровавлеными

Арфа бесится вновь, как штурвал цеппелина,Оплавляется контур в усталых руках;Выдувает сирокко за гривою львинойТонкий пепел песка на горбатых боках, Только я не успеваю к тебе,Я не успеваю к тебе,Но не просыпаюсь и не понимаю,Что я не попадаю к тебе…

Как любила свою птицу я такнежно,Умывала ей ясным слезусеребром,Но ждало меня чужое побережьеГде крылатый скрывается гром. Перекатывались моря переливы,Заводили заклятье зеленых валовТолько птицу ты отнесешь кобрыву,Мёртвый берег, небесная кровь.

Он шел ночною, порой ночноюЗа темной рекою, за быстрой водоюНе знал укора, не знал покоя,За желтой луною, за ней, вороноюПришел желанный, ушел постылый,Чужая рана его томила,Чужая слава его манилаТуда, где ходила ночная кобыла Честного не жди слова,Я

И который день я хожу пустая,Разевая рот.Жду, когда меня кто-то приласкаетМолока нальёт. Чтобы не томиться полудневным зноем,Что пустой кувшин,Чтобы снизошла на меня покоемЧистота души. Если б захотел, я бы обратилаМолоко в вино.

Все кончается, мой друг, Разрывают кольца рук.Свитые в тугую плеть Боль и сказка, свет и смерть. Просто, чтобы каждый знал, Что всему, что он искал, Скоро тлеть углем в золе, Скоро гнить в сырой земле. Не грусти, не плачь, не бойся.

Летят кони Стрибога — ветер в гриву, Перуна подкова — пропасть под молнией, Кони Даждьбога дождем резвятся, И конь коней — корона на небе. Жаркой волной — в глаза жрице, Железом каленым — жрице к запястьям, Звездами за пояс

На чужих берегах — переплетение стали и неба,В чьих-то глазах — переплетение боли и гневаЭй-ох! — взрезаны вихри узорами крылийВ вое ветров мы слышали песни последних валькирий Вспорото небо и врезаны волны драконьею пастьюСветом и ветром

Я пел о богах, и пел о героях, о звоне клинков, и кровавых битвахПокуда сокол мой был со мною, мне клекот его заменял молитвыНо вот уже год, как он улетел — его унесла колдовская метель,Милого друга похитила вьюга, пришедшая из далеких земельИ сам